Какой-то день приходит мой коллега и говорит нам на инбокс, упал странный имейл,
чувак пишет из Яндекса, и мы такие с партнером сидим.
Нифига себе, что они хотят от нас?
Привет, ты слушаешь подкаст IT Samurai, и у микрофона его ведущий Илья Бездилев.
Я Бадмабудаев, я работаю в компании Nexters, мы занимаемся разработкой мобильных игр.
Я не знаю, как себя описать. Была проблема, прикинь, я на Тиндере вчера снова регистрировался.
И как написать обо мне на Тиндере, понимаешь, чтобы это сейчас сработало?
Бадма, я помню, это был, кажется, 2011-2012 год.
Помню, как я сидел в офисе, и ты мне позвонил.
Думаю, что мне Бадма звонит, короче.
Я беру взрывку, я помню даже переговорку, в которой я пошел с тобой поговорить.
Ты мне такой говоришь, типа, мы начинаем стартап, приезжай помогать нам делать стартап в Москву.
И тогда я, ну так, замешкался, да, потому что я там на MBA собирался поступать и все такое.
И я не поехал.
Ну и вы, ребята, продали стартап Яндексу, построили компанию, это очень круто.
Давай с этого и начнем.
Расскажи, пожалуйста, про Multiship, как он появился, в чем была идея?
Multiship – это агрегатор логистических компаний.
Тогда была заря e-commerce в России, интернет-магазины, которые только начинали выходить в регионы,
потому что до этого большая часть рынка была сконцентрирована в Москве.
Мы испытывали большую проблему с доставкой.
Почта России тогда их не устраивала.
И у моего партнера был тогда свой интернет-магазин электронных сигарет.
Я не из первых, кто столкнулся с проблемой, у него появилась эта идея.
Логистический агрегатор.
То есть взять на одном сайте, собрать всех мелких независимых перевозчиков,
ну и дать единый API и интерфейс для работы для интернет-магазина.
Как выглядел продукт для конечного потребителя?
Для конечного потребителя интернет-магазина это был, по сути, такой дэшборд,
на который мог создать заказ, указать, куда он отправляется.
Мы, соответственно, по API связывались с исполнителем логистической компании,
давали ему информацию о сроках доставки, о цене.
И потом мы эту информацию передавали по API логистическому компанию.
На обратной стороне магазина мы печатали штрих-код,
такой лейбл, который он приклеивает к себе на коробку.
Ну, в общем, такой достаточно стандартный шиппинговый сервис.
Ну, просто достаточно был такой уютненький дизайн
по сравнению со всем тем софтом, который имели сами логистические компании
или тем более Почта России.
Насколько я помню, там была такая очень прикольная интеграция,
когда просто ты бросал какой-то кусочек кода в свой сайт,
и он уже потом сделал для тебя всю работу.
Ну, а для пользователя, собственно, пользователь вообще не знал,
что Multiship существует.
Для него это просто вот он зашел на сайт, выбрал, куда отправлять,
и это просто работало.
На самом деле было несколько, скажем так, морд продукта.
Был голый API, был сайт, на котором можно было создать заказ,
и был виджет.
И вот как раз ты говоришь про виджеты, джаваскрипт виджеты.
Тогда это такое было ноу-хау, что ли,
которое позволяло интегрировать, по сути, наш сервис
в чекаут любого интернет-магазина.
Но мы наелись говна с интеграциями, конечно.
Не у всех это вставало сразу.
У кого-то там разные системы.
Расскажи, как вы нашли своего первого партнера.
Это было, на самом деле, не так сложно, потому что, видишь,
идея-то как раз развивалась из интернет-магазина.
То есть интернет-магазин был моего партнера и стал нашим первым клиентом,
с которым мы, собственно, начали свои первые отгрузки.
А потом мы ходили на разные конференции.
Тогда, говорю, бурлил и коммерс.
И рынок был очень деферсифицирован.
Не было такого, что был какой-то один крупный игрок.
Мне кажется, сейчас уже Озон доминирует.
У него не была такая большая доля, поэтому было много игроков.
Мы все мелкие магазины тусовались, ходили, знакомились.
И реально были какие-то такие early adopters, которым понравилась идея.
И вот мы с них, собственно, и начинали.
Какая была модель прайсинга?
Они платили за каждую посылку или какая-то подписка была?
Как это работало?
У нас изначально была такая штука, мы ее придумали.
Для интернет-магазина мы делали это бесплатно.
А что значит бесплатно?
То есть наши рейты совпадали с теми рейтами,
которые он получил бы непосредственно от логистической компании.
Мы монетизировались на обратной стороне.
Мы брали, по сути, скидку за объем у логистической компании,
потому что мы приводим этих клиентов.
И эта скидка была на заработок.
И ты говоришь, что эта идея пришла твоему партнеру,
потому что у него был интернет-магазин до этого.
То есть он решал, по сути, свою собственную проблему
и решил ее масштабировать на подобные магазины,
которые испытывают те же самые сложности.
Они использовали в тот момент известную CRM InSales, по-моему, она называлась.
Они постоянно отправляли в их офис этого InSales
разные предложения по доработкам, именно логистических интеграций.
И вот они говорят, что мы кормим фичами чужую компанию,
нужно сделать свою.
Какая была твоя функция в компании?
Мне всегда нравится название «кофаундер».
«Кофаундер» — это тот, у которого нет функции, понимаешь?
«Кофаундер».
Я вообще отвечал за инвестиции и стратегию.
Ну и на первых парах был финансовым директором.
В продукт у меня был вход.
Ну я такой больше по UX, наверное, и по партнерствам.
Было несколько, наверное, функций, да,
потому что все равно команда сначала маленькая была, да.
Четко не было так закреплено.
Слушай, а твой кофаундер тоже не технарь, да?
Да, мы оба экономисты.
Хотя я всегда считаю себя полупрограммистом,
потому что у меня мама программист.
Ну было сложно реально.
У нас как была история.
Мы до того, даже как мы еще начали активную работу над проектом,
я схантил из ДСТ программиста в качестве нашего СТО.
Он такой достаточно опытный чел был на тот момент.
И вот мы начали работать, сняли офис нашей семьи энтузиастов
и сели троем фигачивая стартап.
Но он с нами проработал около месяца.
Мне кажется, не выдержав нас с Мергеном,
потому что мы там всяко-разно угорали,
знаешь, у нас была неделя,
когда мы приходили в офис в 7 утра.
Ну типа такая, давайте приходить в 8 в 7 утра.
Спринт такой.
Всякая разная такая шиза,
которая, мне кажется, ему не понравилась,
и он ушел.
Короче, самодурство, да, было?
Самодурство, реально.
Ну видишь, два молодых чувака открыли компанию.
Боссы, кофаундеры, да.
Изначально мы сняли офис в бизнес-центре.
Бизнес-центр класса B, может быть.
Не в центре, конечно,
но такой хорошенький,
ну такой типа оленя небоскреб, знаешь.
И этаж у нас был достаточно высокий,
такой open space.
Купили мебель, бушную,
мебель из Эрстен Янга, по-моему.
Вырулили у каких-то там перепродавцов.
Это был, у нас был первый офис,
а потом мы буквально за несколько месяцев
выросли из него,
и потом переехали уже в более большой.
Ты же до этого работал в Эрстен Янге и в ДСТ,
как ты вот двоими не упомянул.
Эрстен Янг – это аудиторская компания американская,
DST, инвестиционный фонд.
Раньше Mail.ru Group назывался DST,
фонд, который владел Mail.ru.
В какой момент у вас пошел прямо такой рост,
когда вы поняли, что все,
вы действительно нашли какую-то прикольную тему,
и люди начинают покупать,
люди начинают пользоваться,
и все, как бы, ощущение,
что успех уже неизбежен?
Мне кажется, успех неизбежен,
такого не было никогда,
потому что всегда есть ощущение,
что что-то вдруг не получится,
страхи, риски и прочее.
Там была такая фишка еще,
что мы решали проблему продаж в регионы,
и оказалось, что там не только проблема с доставкой,
но там проблема была с приемом платежей.
Стандартом на рынке в Москве
было всегда кэшн-деливери,
то есть оплата при доставке.
Кэшн-деливери в регионах
в итоге занимало недели,
и порой больше,
потому что деньги забирались
в курьерские компании в Владивостоке,
условно говоря,
и потом пересылались почему-то очень долго,
и в итоге в магазинах возникал кассовый разрыв.
В связи с чем мы придумали еще один продукт,
связанный с финансированием этого кассового разрыва,
такой факторинговый,
и который на самом деле очень много нам привлек сразу клиентов,
потому что мы это живые деньги.
Мы таким кредитным бизнесом вообще параллельно занимались.
Эта фишка очень привлекла магазин.
Если ты делаешь такие кредиты своим магазинам,
там же есть определенные риски.
Как вы с этим справлялись?
Изначально мы доложили в модель какой-то процент риска,
посоветовались какими-то там людьми,
кто в этом разбирается.
Сами прикинули,
что если люди начнут отправлять кирпичи,
а нам выставлять счета за айфон,
потом убегать.
В итоге мы даже свой склад организовали,
чекали, что там внутри лежит.
А где вы взяли финансирование на стартап?
Кто у вас вложил деньги?
Дом Мультишипа, как я сказал, работал в DST.
Это инвестиционный фонд,
который инвестировал и в Мэйлру, и в ВКонтакте,
и в Фейсбук, и в Алибабу, и прочее.
И поэтому я вращался в таких кругах, скажем,
финансовых, инвестиционных,
и первые инвестиции нам дали мои бывшие коллеги.
И затраты у вас были только зарплаты,
или что-то еще было?
Офис, зарплата, корпоративы.
Как стартапы в Кременевом долине
и жгли деньги на корпоративы?
Ну, мы не то что жгли,
но мы старались создать, да, такую атмосферу.
Все равно в то время, в 2012 году,
мне кажется, в России мы не привыкли
к гугловской теме, да,
которая сейчас, по сути, везде она есть,
там, и в Сбербанке, и прочее.
Ну, сейчас это баян, а тогда это было вау.
Как на вас вышел Яндекс?
В какой-то день приходит мой коллега
и говорит нам на инбокс,
упал странный имейл,
чувак пишет из Яндекса.
Из письма ничего не понятно,
просто хотят встречи, и все.
И мы такие с партнером сидим.
Нифига себе, что они хотят от нас?
Просто началось все с письма имейла,
а потом, ну, мы уже поехали с ними общаться.
Понятно, о никаком там поглощении
изначально не было речи,
просто по продукту общается
по социальному сотрудничеству.
Расскажи про механику,
как проходили переговоры,
вообще с чего все это началось,
как все это шло,
как все в итоге перешло
от изначального имейла
к договору о поглощении?
Первое, это был имейл.
Потом мы поехали на встречу с Никитой,
нашим бизнес-двелкным чуваком.
Приехали мы вдвоем,
и на встречу к нам пришел Алексей Авдей,
глава Яндекс.Маркета.
Он пришел, ну, с своими коллегами,
и они говорят,
вот мы хотим,
чтобы была какая-то интеграция,
потому что Яндекс.Маркет
агрегатор магазинов,
да, мы агрегатор
логистических служб,
поэтому сотрудничество
здесь такое на поверхности.
Продукт им понравился,
и практически сразу
мы начали говорить
о варианте сотрудничества,
и они сказали,
что это будет выкоп софта как минимум
или выкоп акций,
вот так вот было.
Ну и все,
и началось
вся эта волокита юридическое
оформление интеллектуальной собственности.
В итоге,
с первого имейла в мае,
по-моему,
или в июне,
мы подписались в ноябре,
мне кажется,
в конце года, в общем.
То есть,
это заняло почти полгода,
да,
на все дела?
Да, да.
Как рассчитывалась стоимость поглощения?
Как рассчитывалась стоимость
вашей компании?
Был чувак со стороны Яндекса,
финансист,
который нам,
нас опрашивал по прогнозам,
мы что-то ему давали,
мы дали свою презентацию,
у нас был такой декаб хороший
на английском странице
30 на РН.
И что-то они там покопались
и вернулись к нам.
Из двух составляющих стояла цена,
это стоимость софта,
который передается в моменте,
продается им,
по сути,
интеллектуальные права
на этот софт,
на продукт.
И второе,
это earn-out,
то есть,
это часть,
которая выплачивается
по выполнению
определенных KPI.
То есть,
я правильно понимаю,
что вам после этого
нужно было идти работать в Яндекс,
продолжать работать
Мы не то, что должны были работать,
да,
или не должны были,
мы просто должны были
выполнить KPI,
то есть,
компания Multiship
должна выполнить KPI
по подключению магазинов.
И ты стал сотрудником
Яндекса после этого?
Нет, нет,
у нас было так структурировано,
что наши программеры
все были устроены в Яндексе,
а весь административный персонал
был устроен в Multiship,
ну, оставался быть устроен в Multiship.
И как долго ты остался
работать в Multiship после сделки?
После сделки
я работал в Multiship
два месяца,
мне кажется.
Да,
или меньше.
Почему ты решил уйти?
Основная причина у меня
была места-мечта
стать президентом
Республики Бурятия,
откуда я родом.
В тот момент
совпало так,
что эта сделка
затриггер рос
в моей популярности,
скажем, в СМИ,
и это было
хорошим окном
для того, чтобы
поучаствовать в выборах
в местную городскую думу.
Поэтому я занимался
этим проектом.
Просто взял тачку
и поехал в Улан-Дэ.
5,5 тысяч километров
мы проехали вдвоем
за три дня.
Ну, ты приехал в Бурятию,
дальше что?
Моя тетя
много лет работала
на выборах
на одного большого чувака.
И она сразу, соответственно,
ко мне подтянулась
в помощь.
Она говорит,
Бадма, все, изи,
все сделаем.
И вообще она занималась
всей этой бумажной волокитой.
Я, на самом деле,
большей части всего
не понимал.
Плюс юрист у меня был,
мой друг Саян,
который тоже
занимался регистрациями.
Я просто ходил,
как говорящая голова,
не вникая, в общем,
в детали того,
что происходит особо,
но с точки зрения
именно регистрации
и прочего.
Что ты говорил людям?
Что ты им обещал?
Основной тезис был,
что я айтишник
и я смогу принести пользу
через новые цифровые технологии
обществу.
Зашли это людям?
Мне кажется,
кому-то это было интересно,
но широким массам.
Ну, либо мы до них
не смогли достучаться,
дойти в смысле,
либо просто пока
им это не интересно.
У меня была команда,
реально хорошая команда,
предвыборная,
да, что называется.
Он был хороший пиарщик,
ассистент,
была классная.
Когда я приехал в Лануде,
на какое-то время
я стал там таким чуваком
на слуху,
куча молодежи подтянулась,
я там выступал
в местном университете
на факультете программирования.
Разные творческие ребята,
айтишники подтянулись,
дизайнеры,
программисты.
У меня же идея,
помимо депутатства,
я захотел сделать коворкинг.
Первый коворкинг в Лануде.
В Москве было их несколько всего.
WeWork, по-моему,
уже там появился,
но я про него даже не слышал.
Мы искали место,
хотели заколабиться
с местным правительством,
ходил на встречи
с местными министрами.
Это вообще было реально ржак.
Они мне предлагали площади
в технопарке.
А технопарк, знаете,
где-то находится там
какие-то бетонные
заброшенные заводы,
в котором они там
инновации, короче,
хотят развивать.
Вообще-то такая тема.
Куча молодежи,
все помогали
кто-то видос снимать
для Ютуба.
Ну, в общем,
было масса идей,
из них реализовано было
не так много,
потому что в какой-то момент
у меня там случился
финансовый кризис личный.
Я не смог заинвестировать
того бюджета,
который я планировал
в предвыборную кампанию.
В итоге пришлось
по этому, говорю,
листовки самому раздавать,
на своем районе стоять
с ребятами.
Четвером, по-моему,
за день, за два
приехали, встали.
Ну, такое как бы
маленько так стыдно
стоять,
там уже свои листовки
раздавать.
По квартирам ходили,
да, там,
стучище, там,
здрасте,
вот вы на выборы идете,
голосуйте за меня.
Он говорит,
а, это вы что ли?
Я говорю, ну да.
Кто такой, кто такой?
Я говорю,
вот я программист.
Ну, что-то мы тебя не знаем,
не знаем,
пойдем на выборы,
не пойдем.
Ну, короче, такая тема.
В основном бабульки,
коммунисты.
То есть для людей
было необычно, да,
то, что ты приходил
как бы сам,
не просто такое лицо
с постера,
за которого там,
не знаю,
непонятно кто ходит.
Многие удивлялись,
такие, вау,
странная тема,
да, это ты сам.
Ну, в итоге ты с выборов
себя снял, да?
Нет, я не снимал с выборов.
Мы дошли до конца.
Кто-то даже подал на меня в суд,
не знаю,
кто-то из конкурентов
или какой-то недобожелатель
с указанием на то,
что я какие-то там
нарушения совершил
при регистрации на выборы.
Ну, в итоге мой юрист
победил в суде.
Я говорю, ну,
это вообще просто
такой экшен, знаешь.
И в итоге, да,
нормально,
в день выборов я присутствовал.
У нас было на участке,
по-моему, 7 человек.
Это были самые конкурентные выборы
вообще за всю историю
туда в Бурятии.
Потому что была новая схема
принята,
то, что мэра города
выбирает не напрямую
жителей,
а через представителей,
то есть городского совета
выбирает мэра.
И, соответственно,
в значении депутата
городского совета
возросло влияние
как бы на политику.
И у нас победил коммунист
с большим отрывом
40%, что ли.
Я набрал, например, 1%.
Сколько-то там десятков человек,
может быть, на меня проголосовало.
Ну, с учетом того,
что реально освещения не было,
не было баннеров вообще,
по телевизору ничего не было.
Ну и как-то,
если честно,
уже под конец выборов
у меня уже и желания,
мне кажется,
особо не было
после всего опыта
общения с госорганами
и прочее.
Наверное, я там переоценил
уже цели, скажем.
А почему ты хотел стать
президентом в Бурятии?
Вообще, какая была
мотивация изначально?
Не знаю, может,
это мама навязала там
или что-то еще.
Знаешь, как в Америке говорят,
ты президентом Штатов
станешь.
У нас президентом в Бурятии.
Такая какая-то детская амбиция.
Хочется сделать жизнь лучше,
поучаствовать в общем деле.
Ты будешь снова пробовать?
Я думаю, да.
Но может и не в Бурятии,
может и в России.
В каких-то выборах, да,
я по-любому поучаствую.
Все равно нужно что-то менять
в целом в нашем государственном устройстве.
Шабадма, давай вернемся еще назад,
тоже лет на 10.
Когда ты работал в ДСТ,
насколько я помню,
это же фонд Юрия Мильнера,
далеко не без известного.
Даже в фильме «Дудя»
про него говорил Николай Давыдов,
говорил про то,
как Мильнер со всеми встречается,
что это такая большая очень личность.
Ты был в его фонде
финансовым директором,
насколько я помню.
Да, все правильно.
Пришел в момент,
когда Mail.ru выходил на IPO,
ДСТ за несколько лет
консолидировал практически все активы,
кроме Яндекса, в Рунете.
То есть он собрал
Одноклассники, ВКонтакте, Mail.
Ну и самое главное,
огромный игровой кусок,
в тот момент,
компании Astrum, Невал,
которые давали половину выручки.
Собрал это все
в один большой конгломерат,
назвал это Mail.ru Group,
переменовал в ДСТ и вывел
на лундунскую биржу.
После этого для Юрия Борисовича
этот проект закончился,
и он открыл компанию
DST Global,
которая уже проинвестировала в Facebook,
благодаря его отношениям
с Сукербергом.
И он меня пригласил
из DST Mail в DST Global.
И назвал меня финансовым директором.
25 лет.
Объем был, конечно,
колоссальный.
Денег.
Ты мне как-то рассказывал
про то, что миллиардеры
никогда не спят?
Ну, Юрия Борисовича работал очень много,
реально, постоянно.
В машине, в самолетах.
Постоянно куда-то летал,
ездил.
И много работы, реально.
Четыре ассистента,
секретаря,
которые 24-7
отвечают на его звонки,
менеджат его календарь огромный.
Расскажи немножко про свой рост
в DST.
Насколько я помню,
там был завязан StarCraft.
Одна из первых моих
серьезных работ
компания Arsten Yang,
американская аудиторская фирма,
которая входит
в большую четверку компаний,
которые оказывают
аудиты по всему миру.
Аудит очень важная штука
для IPO.
Работал там около трех лет,
получив некоторые знания
в международной отчетности,
которая нужна для того,
чтобы сделать IPO.
И я начал искать работу,
потому что там такой
очень большой turnover
в компании.
Потому что люди приходят туда
за опытом,
за три года получают его
и уходят уже в индустрию,
что называется.
Дальше расти.
Пришел в DST простым аналитиком
на этот проект IPO-мейла.
То есть моя задача была
составить финансовую отчетность
компании для подачи на биржу,
чтобы инвесторы могли
ознакомиться с ней.
И буквально за полгода
мы зафигачили.
Ну, я, по сути,
был самым младшим в команде.
IPO случилось,
Юрий Борисович меня зовет
и говорит,
вот ты теперь будешь
финансовый медиактор
внести и глобал.
Такой взлет был.
Все офигели, я офигел.
Шикарнейший офис.
Огромный.
И там, на самом деле,
сидело всего человек,
наверное, 25.
Процесс IPO —
это такой, знаешь,
суперспринт,
забег.
Все не спят,
не едят,
без выходных.
Команда так сплочается,
знаешь, что постоянно
по сиделке ночью,
да, там еду закажешь,
пообщаешься.
Так казалось,
что у нас там
были тоже компьютерные гики,
чуваки-коллеги,
которые играли
в разы компьютерные игры.
И почему-то
StarCraft у нас была
главной темой
для обсуждения.
Играли,
играли по ночам,
порой после работы.
И таким образом
мне удалось
на своем скиле
еще с первого
StarCraft ворваться
и выиграть там
пару коллег,
что позволило мне
как-то стать известным
в этом маленьком коллективе.
Мне кажется,
даже Миллер
об этом узнал,
типа,
это был один из,
наверное,
галочек,
может быть,
для него,
что он меня позвал тоже.
По-моему,
он говорил,
что StarCraft —
это как шахматы.
В шахматы
хорошо играешь,
значит, у тебя есть мозг.
А если мозг есть,
значит, хорошо работаешь.
Это показывает важность
нетворкинга
и каких-то
вторичных,
таких косвенных
качеств, наверное,
которые помогают
людям попасть
либо на какие-то позиции,
либо в какие-то проекты.
То есть это не то,
что ты пришел,
там, не знаю,
прошел 4 собеседования
и все,
и тебя взяли
финансовым директором
на работу.
То есть в твоем случае
ты себя показал
именно на работе
и в StarCraft,
и я думаю,
что ему в принципе
нравилось с тобой
работать,
поэтому тебя просто позвали.
Ну, это, конечно,
круто,
очень история такая.
Да, я думаю,
она более чем рабочая.
Тогда мне казалось,
что вау-вау,
а потом самому,
когда нанимая людей,
да, в мультшипе
мы наняли чуваку,
16 лет он еще в школе
учился, да,
программистом.
Все такие вау-вау, да,
типа.
Тогда еще тема была
с дипломами,
там кто-то спрашивал
кого-то, да.
СТО у нас сменялись,
мы в итоге взяли
чувака молодого,
который институт
еще не закончил,
у него программированный
пара лет опыта,
но он просто
затащил,
взял ответственность,
я только затащил.
Нелинейное движение
судьбы,
вот так что называется.
Я как-то, помню,
смотрел твое видео,
ты запостил на инстаграме,
давно слушал,
года 4 назад, наверное,
ты ехал в такси
на заднем сидении
и говорил что-то
про ответственность,
про то, что,
типа, хочешь много
зарабатывать,
бери на себя ответственность.
Ты помнишь этот момент,
как ты про это рассказал?
Вообще не помню,
что за тема.
Не знаю,
ты просто сидел такой,
деньги делает тот,
кто берет на себя
ответственность.
Ну, как бы в этом
был твой посыл,
и он мне очень,
ну, откликнулся,
всегда откликался,
да, потому что
деньги и заработок,
это не за то,
что ты сделал,
точнее, не за то,
что ты делаешь.
Там, позвонил кому-то,
там, имейл написал, да,
за то, какой результат
это все потом принесло
в итоге.
И, ну, в этом,
собственно, ответственность.
И твоя мысль была в том,
что хочешь роста,
бери на себя ответственность
больше, чем, наверное,
ты можешь осилить
прямо сейчас,
тебе нужно в нее вырасти.
И мне кажется,
это то, о чем ты сейчас говоришь,
про этого паренька,
который в вашем CTO стал.
Ну, и про тебя, собственно,
когда ты вот в ДСТ пришел.
В принципе, идея похожа на мою,
но сейчас я просто думаю,
может быть,
как-то без ответственности
можно деньги получить.
Не, ну, я думаю,
что да, да, да,
это всегда про ответственность.
Если говорить про кодерную тему,
100%, да и вообще в целом,
мне кажется, да.
После того,
как ты продал компанию Яндексу,
ты поехал в Штаты.
В Штатах ты пробыл,
насколько я помню,
пару лет,
потом вернулся обратно в Россию.
И я помню,
когда ты вернулся,
для меня это было такое,
вообще,
почему, Бадма,
это же Штаты,
Штаты,
а ты уехал обратно в Россию.
И ты сказал,
что это вроде,
это моя страна,
да, вот Россия,
буду дальше ее развивать.
Расскажи немножко
про свой экспириенс в Штатах
и почему ты вернулся обратно.
Штаты поехали,
просто поехали,
не было какого-то плана даже.
Моя жена была беременна,
и мы подумали,
почему бы не сделать ребенку
паспорт американский
и поехать в Америку,
ну, и там пожить заодно.
Поехали в Л.А.,
потому что
нас там были знакомы,
и в тот момент
мне хотелось заниматься
VR,
виртуальной реальностью.
Ну, заниматься чем-то,
знаешь,
на стыке технологий,
искусства.
И поехали в Л.А.,
протестили там почти год.
Я не хотел в Л.А.
работать в компании.
Я работал в Арсеньянге,
у меня какое-то
примерное представление есть,
но эта компания
в России все равно находилась.
И то,
как я ощущаю
или предполагаю,
какая в Америке атмосфера,
мне туда не хочется
прямо-то.
Ну, потому что,
мне кажется,
там меньше
можно через эмоциональный
интеллект
что-то решить,
что я постоянно делаю.
Плюс у меня
отчасти
из-за языкового барьера
что-то не может быть
найти вон.
После этого
приходится работать много,
а я много работать
не хочу.
Слушай, а когда ты
в Штат тогда уехал,
я помню,
что ты
как-то вдался
в какие-то
буддистские вещи,
в дзен.
В момент,
когда я поддал стартап,
двиг сознания реально
какой-то произошел,
и мои интересы
изменились
несколько,
а где-то радикально.
Даже вот решение,
почему я уехал
из Америки,
многие такие,
«Ва, ты что,
мне там визу дали,
как одаренному человеку?»
Но я поехал
на Випассану
в штате Вашингтона,
10 дней отмедитировал,
вышел и подумал,
блин,
я хочу в Россию ехать.
Как проходило Випассана?
Випассана –
это вообще слово
на языке «пали»,
на котором,
говорим,
«будда»,
означает «концентрация».
А вообще,
это 10-дневный курс,
который проходит
обычно в Москве,
в частности,
он в заброшенном
спортивном лагере,
где собирается
человек 100-150
и медитирует
каждый день
в большом зале.
То есть люди просто
сидят целый день
в позе
и молчат.
Да,
ты приезжаешь,
в первый же день
берешь на себя
около 10 обетов,
в которые входит
ты должен молчать,
то есть ты не разговариваешь
все 10 дней,
не должен убивать,
то есть ты ешь только
бигетарианская еду,
которую дают,
и комаров не убиваешь.
Нельзя спортом заниматься,
полный чил,
в общем,
погружаешься такой.
И вот в 4 утра
подъем с гонгом
и приходишь
в этот зал,
садишься,
ноги скрестил.
И вот час,
часовыми такими
сессиями,
целый день,
но с перерывами
на отдых,
на прием пищи.
И ты сидишь,
да,
вот у тебя мысли
уходят же куда-то,
по крайней мере,
первое время, наверное.
Многие люди думают,
и я в том числе думал,
что это типа медитация,
когда ты останавливаешь мысли,
и когда ты пытался медитировать,
они никак не останавливались,
поэтому ты говорил,
что я не умею медитировать,
да,
потому что они не останавливаются.
На самом деле,
это полная фигня,
на самом деле,
медитация,
это не про остановку мысли,
потому что мысли
остановить практически невозможно,
но это попытка остановки мысли
через внимание,
через направленное внимание.
То есть,
когда, например,
даже ты строчишь
что-то на клавиатуре,
у тебя же нет потока мыслей,
ты просто строчишь.
По сути,
это медитация
в этот момент происходит,
да,
но когда ты садишься,
ты можешь как бы осознанно,
это как тренировка в спортзале,
осознанно начать тренировать
свою внимательность.
Дипас,
она в частности,
там идет концентрация на дыхании.
То есть,
ты садишься,
не нужно сильно дыхание обычное,
да,
но ты просто наблюдаешь,
как воздух ходит
и выходит из тебя.
Это сложно, да,
ты каждый раз откликаешься,
начинаешь думать
про свою машину на парковке
или про хлеб,
что купить нужно,
да,
ну,
какие-то такие вещи.
Но
ты постоянно возвращаешь
свое внимание на дыхание.
Таким образом,
ты тренируешь
твое сознание
возвращать свое внимание
в точку концентрации.
А когда ты концентрируешься,
у тебя останавливается
поток.
Ты там 10 дней,
да,
наступает какая-то точка,
в которой ты начинаешь
лучше концентрироваться,
где ты ловишь вот этот вот,
вот,
ага,
ты приобретаешь какой-то навык.
Такого нету вообще,
потому что 10 дней
это слишком мало,
мне кажется,
чтобы что-то там,
какое-то озарение получить.
Понятно,
что первые там 3 дня
вообще лом,
когда там 4 утра встаешь,
ноги болят.
А у вас сколько ложишься?
В 9,
по-моему,
или в 10.
В Америке я был на границе
штата Вашингтон и Орегон.
Офигенная природа,
офигенный центр Випассаны,
красивый,
специально построенный под него.
Випассаны центр в Америке
супер богатый.
В Москве я жил,
10 человек у нас в комнате спало,
а здесь у нас на двоих
со своим душем,
это вообще лакшери.
И плюс это Випассаны
только на донейшн работают.
Как бы ты сравнил себя
вышедшего с собой вошедшим
за 10 дней до этого?
Мне показалось,
что я обратил внимание
на что-то более важное,
чем какие-то мелочи.
Например?
Ну вот я не знаю,
я анализировал в Америке,
да, у меня осталось
или в России.
В Америке много плюсов,
материальных в основном.
Вообще во всех смыслах
это большая страна.
Но на тот момент
мои дети жили в Москве.
То есть это время какое-то,
которое непроведенное вместе.
Качество жизни здесь
я другое просто получаю,
испытываю.
Но в первую очередь от людей.
То есть ты в своем
находишься в культурно-психическом
окружении,
чего в Америке
ты не чувствуешь.
Да, знаешь,
я вот тоже испытываю это.
Каждый раз,
особенно когда провожу
много времени в России,
я потом приезжаю сюда.
Ну, обычно этим аэрофлотом,
то есть в аэрофлоте все еще
по-русски говорят.
И ты вот выходишь
в аэропорту, да,
вот и там сталкиваешься
с этим, с контролем.
Нет, знаешь,
первое, с чем я сталкиваюсь,
это получение коляски у трапа.
И вот эта английская речь,
и у меня прямо это ощущение,
как будто вот,
как будто у меня перед лицом
положили какой-то поролон,
и звук через этот поролон идет.
Нет этой свободы.
Не то, что ее нет,
а я не испытываю
эту свободу выражения себя.
Она как будто у меня блокируется,
когда я сюда приезжаю.
Поэтому я всегда,
когда приезжаю,
у меня как-то жизнь
так подзакисает.
В течение какого-то времени
мне нужно начну разогнаться,
там с какими-то ребятами русскими поговорить.
Ну, и с бурятскими ребятами.
С русскоговорящими, да?
Ну, и потом постепенно
как-то начинаю в колью входить,
но все равно вот,
когда ты приезжаешь в Россию,
вот это ощущение
как будто попал,
я не знаю.
Вот знаешь,
как будто как-то идешь
в воде по пояс.
Как-то, блин, сложно идти.
Перемещение сдержанное.
Вот такие ощущения
у меня вот в Америке,
какие-то вязкие.
А в России как будто
просто летишь,
на скейтборде едешь,
несешься по асфальту.
Промоушен нашей родине,
короче, на подкасте
бесплатный, да.
Все приезжайте в Россию обратно,
все, кто живет за границей,
давайте здесь жить, кайфовать.
Бадма, спасибо тебе большое.
Да, Илья, спасибо большое.
Всем слушателям
peace, love,
и до встречи.
Звоните, пишите в Инстаграме.
Да-да-да.
Знаешь, я вспомнил
такую штуку в детстве.
Подходишь, кому тебе говоришь,
скажи мир дверь мяч.
По-английски.
Peace, door, ball.
Да, если ты очень быстро скажешь,
поймешь, как это звучит.
Все, всем peace.
Ну вот и все.
Не забывайте подписываться на подкаст,
так вы будете получать
новый эпизод автоматически.
Ставьте отзывы, рейтинги,
потому что это очень помогает
развитию подкаста.
Если в вашем приложении нету
возможности поставить рейтинг,
поставьте сердечко,
все, что у вас там есть.
Если есть какие-то вопросы
или пожелания,
пишите мне на Инстаграме
илия.безделев.
Все, всем пока.